Февраль 1987г.
Александр Дегтев, Одесса.
Участник сборных команд Одессы по ориентированию и
туризму и команды завода Прецизионных станков.

Юфа в натуре

***

На заводе прецизионных станков все знали: если Юфа, Дегтев и Меламед пошли к директору, значит скоро лето и очередной поход.

Директор – Николай Николаев, был еще и председателем областной федерации спортивного туризма, избранный по протекции Юфы, так что не помочь туристам завода он не мог.

Профком тоже был схвачен – там руководил свой человек – Вова Билоус. Но в 1991 году у профкома денег не нашлось, поход четвертой категории сложности по р. Каре оказался под угрозой срыва.

Придумали элегантный вариант. Мол, в Воркуте шахтеры плохо ломают уголек из-за отсутствия станков с числовым программным управлением. И надо показать, что станки именно нашего завода повысят им производительность труда.

Директор сопротивлялся не долго и издал приказ о командировании группы специалистов завода в город Воркуту для проведения соответствующей работы с руководителями шахт. Думаю, читателя не удивит, что составы этой группы и туристской были одинаковыми, а сроки командировки и похода совпадали. Но вот то, что туристы действительно посетили шахты Воркуты, стремясь выполнить командировочное задание, должно вызывать удивление, переходящие в уважение.

***

Летняя тундра – это полярный день. Отрезок времени,соответствующий ночи, солнце проходит, слегка приблизившись к горизонту.

Десятый день похода. Меня разбудил треск – кто-то валил лес (так называется обламывание веточек с карликовых деревьев). Встаю и выхожу из палатки – да это же Юфа, он сегодня дежурный. Вдвоем быстро наловили и пожарили хариуса. Когда все приготовили, стучим в миски, поднимая народ. И тут узнаем, что только четыре часа ночи...

Чтобы погасить ропот, Юфа объявляет дневку для заготовки, грибов, ягод. Длинный, длинный день обжорства и дремоты.

***

В конце одного из завершающих дней похода выходим к базе геологов. Перед базой – последнее препятствие этого дня – узкая скальная щель, сквозь которую проносится пенным потоком вся масса реки.

Причаливаем на тихом месте выше препятствия и идем осматривать. Увы, близко подобраться к нему невозможно. А коварство сужения в том, что катамаран может зацепиться и зависнуть между скалами со всеми вытекающими последствиями.

Заходим к геологам. Узнаем, что они много раз видели, как туристы пытались пройти это сужение. Рассказывают нам страхи про поломанные посудины, побитых людей. Про то, как долго потом потерпевшие жили у них, восстанавливая посуду и самих себя.

Юфа руководит этим походом уже в звании мастера спорта и положение обязывает. Обнос делать сложно и далеко, и он решает, что если баллоны сдвинуть к середине катамарана, проскочить удастся.

Перевязываем катамараны, крепче привязываем груз, и в струю. Ближе к сужению река ускоряется, уже и не причалить, так несет. Рев приближающегося падения воды заглушает команды. На берегах – зрители: геологи, экипаж второго катамарана и даже собаки. До сужения двадцать метров – „Не проскочим“... Пять метров – „Разобьемся!“. Влетаем в сужение. Передние концы боковых жердей проносятся над выступающими камнями. Страшно чиркнув, поперечины одновременно касаются левой и правой скалы. Носовые гребцы кидаются к центру катамарана. На корме я с Юфой успеваем выдернуть весла и сделать движение вперед – корма разгружается и ... все, проскочили!

Берег ликует, мы довольны. Юфа что то говорит о точности расчета, но на всякий случай второй катамаран разгружаем, и он тоже проходит препятствие.

Успех этого дня закрепляем за ужином с геологами. А завтра снова вперед.